"Да,
  здесь что-то есть, здесь что-то скрывается!"
   Откинув назад голову, он громко рассмеялся, но смех быстро оборвался, и
  он с еще большим вниманием стал изучать содержимое трупа. Нет, этого было
  недостаточно, тайное не становилось явным. Оно ускользало, и ликование
  немедленно сменилось гневом.
   Яростно шепча что-то, обнаженный человек, весь дрожа от переполнявших его
  эмоций, схватил какой-то тонкий инструмент, острие которого сверкнуло
  зеркальным блеском. Следуя как будто изначально заведенному порядку, он
  начал вырезать какие-то органы, трубки и пузыри, постепенно его действия
  становились все более жестокими и беспорядочными - и вот уже внутренности,
  частично или почти полностью выдранные из тела, свисали за край
  металлического стола причудливыми лоскутами и клочьями. Однако этого все еще
  было недостаточно, он по-прежнему искал и не находил чего-то ускользающего
  от его взгляда.
   Он издал пронзительный крик, и звук, донесшийся из динамика в другой
  комнате, скорее напоминал скрип мела по школьной доске или скрежет лопаты по
  льду. С ужасной гримасой на лице он начал отрезать висящие куски плоти и
  расшвыривать их вокруг себя. Он размазывал их по своему телу, подносил к уху
  и "слушал" их. Он растягивал их, перебрасывал через сгорбленные плечи,
  швырял в ванну, в раковину. Пятна крови были везде, и снова из динамика
  донесся крик, полный разочарования и невероятной муки:
   - Не здесь! Не здесь!
   В другой комнате