Михаил,
  если тебя все еще тошнит, держись от меня подальше, - обратился он к тому,
  что сидел раньше слева, - его ноздри были все еще влажными и выглядели, как
  две глубокие черные дыры на белом, как мел, лице. - А ты, Андрей, уже
  закончил свои гимнастические упражнения?
   Правый открыл рот, но ничего не ответил. Он неотрывно смотрел на экран, а
  кадык у него непрерывно подрагивал. Второй произнес:
   - Разрешите мне посмотреть хотя бы начало, я постараюсь, чтобы меня не
  затошнило. Кроме того, мне бы хотелось получить некоторые объяснения, после
  того как все закончится. Может быть, вы растолкуете, товарищ генерал, за что
  вы так цените этого человека, поскольку я считаю, что лучше всего его
  уничтожить.
   Боровиц кивнул:
   - Ты получишь все необходимые объяснения, когда придет время, - прорычал
  он громко. - Но в одном я согласен с тобой: я бы тоже предпочел, чтобы тебя
  не тошнило.
   Драгошани достал какой-то инструмент, похожий на полое внутри серебряное
  зубило; в другую руку он взял маленький медный молоток. Он установил зубило
  точно посередине лба трупа и ударом молотка вогнал его вовнутрь. Едва
  молоток отскочил после удара, из отверстия полого зубила брызнула мозговая
  жидкость. Для Михаила этого оказалось достаточно, чтобы он, судорожно
  глотнув, бросился в свой угол комнаты, - его била дрожь, он отвернулся. Тот,
  кого назвали Андреем, словно замороженный стоял на месте, но Боровиц
  заметил, что он нервно сжимает и разжимает пальцы