оворчал Драгошани. - А какими
  талантами обладали они? Они тоже поначалу не были конкурентами?
   Боровиц вздохнул.
   - Поначалу, - начал терпеливо объяснять он, - когда я только создавал
  отдел, у меня было слишком мало действительно талантливых сотрудников, в
  первоначальный штат агентов и экстрасенсов входили люди, не прошедшие
  испытания. Те же, кто был по-настоящему талантлив и с самого начала работал
  рядом со мной, такие как Влади, который с каждым днем работает все лучше и
  лучше, а позднее и ты, Борис, представляли собой слишком большую ценность,
  чтобы я мог позволить себе связывать их обыденной административной рутиной.
  Устинов, который работал со мной с самого начала, но только в качестве
  администратора, он и Герхов были на своем месте и подходили для этого как
  нельзя лучше. Они не обладали талантами экстрасенсов, но, казалось, были
  лишены предубеждений - качество, которое не так просто найти в современной
  России, да еще если учесть, что человек при этом должен быть правильно
  политически ориентированным. Я надеялся, что хотя бы один из них сможет так
  же, как и я, глубоко вникнуть, заинтересоваться и посвятить себя нашей
  работе. Когда возникла зависть и они превратились в соперников, я решил не
  вмешиваться и позволить им самим выяснить отношения. Так сказать,
  естественный отбор. Но ты и Влади совсем иного поля ягоды. Я не допущу
  никакого соперничества между вами. Выброси это из головы.
   - Но тем не менее, -