и поднял руку? Или ты мух ловил?
   Гарри почувствовал, что шея его краснеет. Пи? Диаметр? Окружность?
   Класс оживился, кто-то неодобрительно фыркнул - возможно, это был задира
  Стэнли Грин - прыщавый большеголовый недотепа и зубрила. Беда была в том,
  что Стэнли был хитрым и большим... Так какой же был задан вопрос? Впрочем,
  какая разница, если ответа он все равно не знает.
   Джимми Коллинз уткнулся в парту, якобы глядя в тетрадь, и краешком рта
  прошептал: "Три раза!"
   Три раза? Что бы это значило?
   - Ну? - Ханнант знал, что поймал его.
   - Э.., три раза!.. - пробормотал Гарри, моля Бога, чтобы Джимми не подвел
  его, - сэр.
   Учитель математики втянул в себя воздух и выпрямился. Он хмыкнул,
  нахмурился и выглядел при этом несколько озадаченным. Но потом сказал:
   - Нет! Но ты был близок к истине. В определенной степени. Не три раза, а
  3,14159. Но что именно три раза?
   - Диаметр, - запинаясь произнес Гарри, - равняется окружности.
   Джордж Ханнант тяжело уставился на Гарри. Перед ним стоял
  тринадцатилетний мальчик - с песочного цвета волосами, с веснушками, в
  помятой школьной форме, в не очень чистой рубашке, с косо висящим, с
  обтрепанными концами галстуке, похожем скорее на обрывок веревки; на кончике
  носа едва держались очки, из-за стекол которых с постоянным выражением
  страха смотрели мечтательные голубые глаза. Полные сострадания? Нет, не это;
  Гарри Киф мог вздуть кого угодно, если его выводили из себя. Но..,