ому что сжала его руку, и он почувствовал тепло
  ее улыбки.
   - Я загадала на монетку: решка - пойду спать, орел - пойду в бар. Выпала
  решка.
   - Так почему же ты здесь?
   - Мне пришлось бросать монетку пять раз! Нет, а если серьезно, я
  подумала, что ты тоже можешь прийти выпить перед...
   В дальнем углу один из охранников грубо захохотал и хлопнул по столу
  рукой, другой глухо выругался. По-видимому, это относилось к их карточной
  игре.
   Кених почувствовал, что между двумя молодыми у стойки бара возникла
  определенная атмосфера. Он ничего не знал об их связи, но чувствовал, что
  что-то между ними происходит. Непонятная грусть и страстное стремление друг
  к другу, но не по принуждению. Это было время для личной жизни. Он резко
  указал рукой в сторону углового столика.
   - Вон! - произнес он грубым, как наждачная бумага, голосом. - Поздно.
   Недовольно ворча, те двое поднялись на ноги и подошли к стойке бара.
   - Если вы не возражаете, - сказал один из них по-немецки, - мы возьмем с
  собой бутылку.
   - Я возражаю, - тихо произнес Вилли. - Вон отсюда!
   - Нет, подождите... - начал второй охранник.
   Кених заворчал и начал выходить из-за стойки.
   - Пусть забирают свою бутылку, - быстро сказала Вики. - Я оплачу.
   Кених замолчал, пожал плечами.
   - Как хотите, фройлен.
   Он передал им бутылку, и двое мужчин вышли. Теперь они вели себя тихо и
  спокойно.
   - Хорошо, - кивнул Кених с добродушной улыбкой. - Мне надо отойти.