омный по территории, расположенный
  на берегу моря "Хэйлинг Айланд Рикавери" (под таким именем он был известен
  его обитателям) был гаванью, если бы не обычная строгая рутина и преданность
  военным методам и дисциплине.
   Сестра-хозяйка (или матрона, как Гаррисон обозвал ее для себя) была дамой
  лет сорока пяти. Предшествующая служба придала ее личности такие качества, к
  которым бывший капрал всегда питал отвращение. Не то что бы он восставал в
  открытую, потому что понимал, что такое дисциплина. Гаррисон на самом деле
  верил, что этот "прирожденный лидер" давил, но и сам был в полном дерьме,
  обладал казарменной грубостью и резкостью и имел своих любимчиков. По этой
  причине, когда сестра-хозяйка не покушалась слишком настойчиво на его
  уединение в предполагаемые "часы свободного времени", он использовал любую
  возможность, чтобы напомнить ей, что хотя он и пользовался услугами этого
  центра, но при этом был гражданским лицом. Что он был только слепым, а не
  глухим что она может прикалывать к его одежде столько табличек с его
  именем, сколько захочет, но он всегда будет находить и обрывать их и (это
  раздражало ее больше всего) что, хотя по закону она и могла приказать ему
  посещать уроки Брейля, она никогда не сможет заставить его изучать или
  выучить эту чертовщину, потому что в его планы не входило провести остаток
  жизни, читая на ощупь тексты, напечатанные азбукой Морзе: он всегда сможет
  найти себе хорошенькую девушку, которая будет