к же, как нацистов. - Мрачная тишина
  приветствовала его слова. - До утра...
   Маас тихо положил телефонную трубку и подошел к окну. На другом конце
  проезда, в большом доме, были видны огни. Некоторые - в расположенных в
  нижних этажах квартирах слуг, а другие - на верхнем этаже, в кабинете и
  смежной с ним спальне Вятта.
   Итак, в постель, Гарет, - подумал Маас, - с новой шлюхой. Ну, у людей
  есть сбои страсти, свои амбиции, твои, кажется, - это деньги и женщины,
  увеличение первых и совращение вторых. Мои? Мои - это мечта, которую я питал
  тридцать лет. Раса суперлюдей. Четвертый Рейх!
  
  ***
  
   В затемненной комнате в большом и дорогостоящем доме в постели на
  шелковых простынях ум Вятта снова вернулся к тем мыслям и амбициям, которые
  Маас недавно приписал ему. Ему, распутному, нужны были женщины. В те дни это
  был вопрос денег. Не для таких маленьких шлюшек, как та, что сегодня лежит
  около него, нет, но для редких сокровищ, чье положение часто требует уделять
  им много времени и тайных ухаживаний. Но, конечно, в этом есть и свое
  удовольствие: погоня перед убийством.
   Вятт вздохнул. Девица сейчас спала, ее белокурые волосы веером
  разметались по подушке, тело было невероятно белым на фоне черных простыней,
  но скоро он разбудит ее. Такие потребности, как у него, удовлетворить
  нелегко. И недешево. Снова он думал о деньгах, об упорно истощающихся
  ресурсах. Какая-нибудь явная дебютантка требовала денег,