они - все эти мученицы - были одна и
  та же женщина. Они были его женой, переживающей сноба и сноба муки страшного
  изнасилования, которое отняло у нее всю ее человеческую сущность. Он упал на
  бледное существо, которое хохотало, как гиена, в то время как его ягодицы
  извивались грязной кружащейся белизной. Хаммонд потащил его вверх,
  самца-зверя, извергающего семя, когда тот встал на ноги, оторвавшись от
  кровоточащей оскверненной плоти. Колено Хаммонда изо всех сил ударило ему в
  пах, с силой выброшенный кулак выбил зубы, расставленные пальцы глубоко
  вонзились в его уже стекленеющие глаза, существо рухнуло. Затем...
   Дюжина из них подбирались к Хаммонду с раздутыми гениталиями и
  оскаленными желтыми зубами, ненадолго оставляя повергнутые тела своих жертв,
  чтобы уделить внимание этому новому развлечению. Хаммонд был в смятении,
  видя, как сжимается кольцо нечеловеческих лиц, этих озверевших полуживотных,
  которые толпились вокруг, чтобы утащить его вниз.
  
  ***
  
   Было ясно, что Хаммонд не побеждает в этой битве. Теперь Психомех был
  включен так, чтобы дать ему максимум помощи, гарантировать победу над какими
  бы то ни было страхами, осаждающими его в ночных кошмарах, - но он не
  побеждал. Ужас был слишком велик, у его психозов были слишком глубокие
  корни. Он корчился и бился на ложе машины. Пот рекой омывал его и грязными
  ручейками сбегал на обивку. Ремни врезались в его напрягающееся тело, на
  запястьях и лодыжках