е линзы. - Нет, не замедлилась. Я даже склонен думать,
  что Гюнтеру повезло, что у тебя не было автомата, а?
   - Черт! - проворчал Гаррисон. - Наверное, он уже был бы трупом.
   - Однако, - продолжал Шредер, - жаль... - Он подкатил кресло к тому
  месту, где Гаррисон отряхивал одежду, и стал снимать сосновые иголки с
  рубашки и брюк капрала. - ..что ты связал меня и опасность.
   Гаррисон повернулся к нему и нахмурился. Он все еще немного дрожал.
   - Да, пожалуй. Но, вы же знаете: я не боялся за себя. Зачем кому-нибудь
  может понадобиться стрелять в слепого?
   - А ты еще спрашивал меня, доверяю ли я тебе? - мягко напомнил Шредер.
  Затем на резком, отрывистом, как удары бича, языке целые три минуты он
  говорил со своим дозорным, едва останавливаясь, чтобы перевести дыхание. Тот
  бормотал свои извинения, которые еще больше приводили в ярость его хозяина,
  пока, наконец, Шредер не закончил с ним. Затем Гаррисон разобрал грубоватое
  "извините" Гюнтера, прежде чем кусты зашуршали, и тому было позволено
  скрыться среди деревьев.
   - Чертов дурак! - сердито ворчал Шредер, - он меня тоже испугал, выйдя на
  нас вот так. Но... Думаю, он только хотел показать мне, что он начеку и на
  что способен. Давай-ка выкурим по сигарете, пока идем. Этот человек заставил
  меня понервничать. Место с грибами уже недалеко. И, конечно, нам надо
  вернуться обратно так, чтобы у тебя осталось время поплавать с Вики.
   - Вики, - произнес Гаррисон ровным голосом. - Могу