получилось.
   Гаррисон быстро принял душ. Теперь, окончательно протрезвев, он облился
  ледяной водой и вернулся к ней, не вытерев тело досуха.
   - Вики, никаких табу, если ты скажешь быть осторожнее с тобой, уверен, я
  закричу, - произнес он, нырнув в постель.
   Она усмехнулась. Ее рот пылал, когда она целовала его грудь, пробуя его
  на вкус от сосков до пупка. Там она остановилась. Гаррисон не мог
  шевельнуться под ее руками и ртом.
   - Ричард, если бы ты только подумал сдерживаться со мной, - я бы
  закричала!
   Она повернулась, открывая для него свои теплые бедра. Они позволили своим
  пульсам забиться в унисон, когда начали наслаждаться друг другом...
  
  ***
  
   - Видишь? - спросил Томас Шредер у Мины. - Я был совершенно прав. Я
  догадывался, что произойдет что-то в этом роде. Нет, - я был уверен, мы
  думаем одинаково, Гаррисон и я.
   Голый, он лежал на кровати, вытянувшись во всю длину. Его живот был
  исчерчен сеточкой шрамов, узор которой расширялся к грудной клетке,
  охватывал левый бок и продолжался на спине. Однако, его тело было смуглым, и
  этот загар немного маскировал шрамы, так что тело его не было совсем уж
  отталкивающим. Шредеру можно было дать на десять-пятнадцать лет меньше его
  настоящего возраста. Но солнечный загар и хорошее психическое состояние не
  могли скрыть или компенсировать внутреннее опустошение. Но что было самым
  важным, - Томас Шредер спасся от взрыва, который не сделал его бесполым,