жно, что-то произошло с голосом Шредера - он
  наполнился новой (сдерживаемой?) энергией. Но сдерживаемый или нет этот
  холодок сказал Гаррисону: что бы Шредер ни говорил или ни делал, следующие
  несколько минут он будет абсолютно серьезен.
   - Ты помнить, что ты ответил вчера вечером, когда я сказал, что мне
  осталось жить мало времени? - спросил Шредер. - Ты сказал, что...
   - Вы будете жить вечно, - закончил за него Гаррисон. Когда он говорил,
  перед его внутренним взором возникло какое-то слово, оформилось и независимо
  от его желания сорвалось с губ. - Реинкарнация.
   Шредер тяжело задышал, а Гаррисон только улыбнулся. Он всегда быстро
  соображал. Через мгновение промышленник снова взял его за локоть.
   - Сядь, - он пододвинул Гаррисону стул. Они сели около стола, и Гаррисон
  услышал, как Шредер листает страницы книги.
   - Реинкарнация, да. Метаморфоза. Ты веришь?
   Гаррисон пожал плечами.
   - Наверное, я мало думал об этом.
   - Люди думают об этом с тех пор, как самые первые из них научились
  думать, - произнес Шредер. - И именно поэтому я есть и буду продолжать
  существовать! У меня более двухсот сорока работ по этому вопросу на всех
  языках, а их существует еще больше, тех, которых я не удостоил моей
  коллекции. И я скажу тебе кое-что. Чем старше человек становится, тем он
  больше об этом думает. Это - как вера в Бога, Чем ближе ты к смерти, тем
  чаще склонен верить.
   - И вы действительно верите, - произнес