кочергой.. Впрочем, дверь тут же открылась.
   - Ты по-прежнему не в себе, бедняжка Бабетта? - проговорил слабый, но
  спокойный голос.
   На пороге с лампой в руках стоял мужчина лет шестидесяти, еще крепкий, с
  седеющими вьющимися волосами и красивой белой бородой, обрамлявшей свежее,
  румяное лицо с добрыми глазами. Это был Мартен Латуш.
   Заметив Ипполита Патара между каминными щипцами и зонтом, он не сдержал
  улыбки.
   - Это вы, мсье постоянный секретарь! Что случилось? - осведомился он,
  вежливо поклонившись.
   - Ах, мсье! Это мы хотим у вас спросить! - воскликнула Бабетта, отбросив
  свою кочергу. - Ну можно ли устраивать такой шум? Мы подумали, что вас тут
  убивают! А тут еще шарманщик крутит под нашими окнами тот мотив Фюальдеса...
   - Лучше бы он отправился спать, - спокойно ответил Мартен Латуш, - да и
  ты тоже, милая Вабетта... - И обратился к Патару: - Мсье постоянный
  секретарь, хотелось бы узнать, чему обязан высокой чести видеть вас в этот
  час...
   С этими словами Мартен Латуш провел мсье Патара в библиотеку и забрал у
  него каминные щипцы. Бабетта шла следом, оглядываясь по сторонам. Мебель
  стояла на своих местах.., столики, ящики никто не передвигал..
   - Но все-таки мсье Патару и мне - нам же не приснилось это! - серьезно
  заявила она. - Можно было подумать, что здесь дерутся или передвигают
  мебель.
   - Успокойся, Бабетта, это я неловко передвинул кресло в своем кабинете...
  А теперь пожелай нам доброй ночи.