ень после этой новой страшной катастрофы.
  Редакционная статья в газете "Эпок" достаточно точно передает состояние
  умов. Вот она:
   "Смерти продолжаются! Вот и Мартен Латуш, после Жеана Мортимара, после
  Максима д'Ольнэ, умирает на пороге Бессмертия, а кресло магистра д'Аббвиля
  по-прежнему остается незанятым! Известие о внезапной кончине третьего
  академика, попытавшегося занять место, которое страстно желал таинственный
  Элифас, распространилось вчера по Парижу с быстротой молнии. И самое лучшее,
  что мы можем в действительности сделать, - это призвать на помощь гром
  небесный, чтобы дать представление о том, что произошло в столице в течение
  нескольких часов, последовавших за этим невероятным событием. Некоторые
  парижане, казалось, находились в шоке, как после вселенской катастрофы.
  Потеряв рассудок, люди бросились на улицы, заходили в театры, кафе, в
  салоны, держа такие безумные речи, что невольно можно задаться вопросом: как
  это в наше время в столь просвещенном городе находились такие, которые их
  слушали?! О! Не стоит тратить время на повторение всех прозвучавших
  глупостей!
   Этот мсье Элифас де Сент-Эльм де Тайбур де ля Нокс сейчас, видимо, очень
  веселится в своем убежище. Сегодня во всеуслышание мы высказываем свое
  мнение, на которое осмеливались лишь смутно намекать после смерти. Максима
  д'ОльнэНет! Нет! Все эти смерти не могут быть естественными! Можно было не
  удивиться первой из них, выразить