чтобы сказать вам это, но я не могу сказать вам ничего
  больше. Вы бы мне не поверили. Вы перестали верить мне, Рауль. Все кончено!
   Кристина произнесла это "все кончено" с таким отчаянием, что Рауль
  вздрогнул, и угрызения совести за свою жестокость наполнили его душу.
   - Но почему бы вам не сказать мне, что все это значит? - воскликнул он. -
  Вы свободны, не связаны по рукам и ногам. Вы ездите в экипаже, вы посещаете
  балы, надеваете домино. Почему вы не идете домой? Что вы делали последние
  две недели? Что это за история об Ангеле музыки, которую вы рассказали мадам
  Валериус? Может быть, кто-то обманул вас, воспользовавшись вашей
  доверчивостью. В Перросе я сам видел... Но теперь вы знаете, какова правда!
  Вы очень благоразумны, Кристина! Вы знаете, что вы делаете. И все же мадам
  Валериус ждет вас, призывая ваш "направляющий дух". Объяснитесь, Кристина,
  пожалуйста! Кто угодно мог быть введен в заблуждение, как я, например! В чем
  цель этого фарса?
   Кристина сняла свою маску.
   - Это трагедия, Рауль, - сказала она просто. Увидев ее лицо, он не смог
  удержаться от восклицания. Лицо Кристины потеряло всю свою свежесть - оно
  стало смертельно бледным. И это лицо, которое он знал таким нежным и
  очаровательным! Каким измученным оно теперь выглядело! Скорбь безжалостно
  изменила его, а прекрасные голубые глаза, когда-то ясные, как озера, глаза
  маленькой Лотты, теперь приобрели темную, загадочную и бездонную глубину и
  были окружены печальными