полотне, - все они были свидетелями
  любовных сцен, более возвышенных, чем настоящие, потому что они созданы
  поэтами, возвышающимися высоко над обыкновенными людьми. Так скажите мне,
  Рауль, что наша любовь здесь, как дома, поскольку она тоже создана и тоже,
  как ни печально, иллюзия. - Неутешный, он не отвечал. - Наша любовь слишком
  печальна здесь, на земле, - продолжала она, - давайте возьмем ее в небо!
  Увидите, как легко это сделать!
   И Кристина повела его выше облаков, в изумительный беспорядок верхних
  колосников, где наслаждалась тем, что вызывала у него головокружение, бегая
  по хрупким мосткам чердака, среди тысяч канатов, прикрепленных к блокам и
  лебедкам в центре воздушного леса мачт и рей. Если Рауль колебался, она
  говорила ему с милой, восхитительной гримасой: "Вы, моряк!" Затем они
  спустились на твердую землю, то есть в широкий коридор, который вел их к
  смеху, танцам и юности! "Поднимите юбки, девочки! Следите за шнурками!" Это
  был класс для девочек от семи до девяти лет, которые уже носили лифчики,
  легкие пачки, розовые чулки и работали, работали своими маленькими
  утомленными ножками в надежде стать балеринами или даже прима-балеринами и
  быть увенчанными бриллиантами. Пока же Кристина дала им конфет.
   В еще один день она привела Рауля в громадную комнату своего дворца,
  полную ярких, пышных нарядов, рыцарских костюмов, пик, щитов и перьев, и
  внимательно рассматривала эти неподвижные, пыльные привидения