е успели даже увидеть руку,
  которая сделала это, и оба были ошеломлены.
   - Возможно, он был там, - сказал наконец Рауль. Кристина пожала плечами,
  но вовсе не показалась успокоенной.
   - Нет-нет, это был рабочий, закрывающий люки. Должны же они что-то
  делать, поэтому открывают и закрывают люки без какой-либо причины. Они, как
  швейцары: им тоже надо убить время.
   - А если он в самом деле был там, Кристина?
   - Нет, этого не может быть. Он закрылся... Он работает, - О,
  действительно? Он работает?
   - Да. Он не может работать и открывать и закрывать люки в одно и то же
  время. Нам нет повода беспокоиться. Она вздрогнула, когда сказала это.
   - Над чем же он работает? - спросил Рауль.
   - Над чем-то ужасным! Вот почему я говорю, что нет повода беспокоиться.
  Когда он работает, он ничего не видит, не ест и не пьет, он едва дышит. И
  так продолжается целыми днями и ночами. Он живой мертвец, и у него нет
  времени заниматься люками.
   Кристина опять вздрогнула и склонилась над люком, прислушиваясь. Рауль
  ничего не сказал. Он боялся теперь, что звук его голоса может остановить ее
  и заставит думать, положив конец ее все еще временному желанию доверять ему.
   Она не покинула его. Все еще держа его за руку, она вздохнула и на этот
  раз сказала:
   - А что если это действительно был он?
   - Вы боитесь его? - спросил Рауль робко.
   - Нет, конечно, нет!
   Непреднамеренно Рауль занял позицию сочувствия к ней, он отнесся к ней,
  как относятся