ерилах.
  Кто положил ее туда? Они спросили билетеров, но те не могли дать ответа.
  Повернувшись опять к перилам, они увидели на этот раз рядом с коробкой пару
  оперных биноклей. Они взглянули друг на друга, теперь им уже не хотелось
  смеяться. Они хорошо помнили все, что сказала им мадам Жири. Вдруг они
  ощутили в ложе какой-то странный ветерок. Они сидели молча, чувствуя себя
  крайне неловко.
   На сцене благоухал сад Маргариты.
  
   И заверьте ее: моя любовь сильна и чиста,
   Расскажите ей о надеждах и страхах...
  
   Когда Кристина пропела это, держа в руках букет роз и сирени, она
  посмотрела вверх и увидела виконта Рауля де Шаньи. С этого момента всем
  показалось, что голос ее стал менее твердым, менее чистым, менее прозрачным,
  чем обычно, как будто что-то притупляло и глушило его. Создавалось
  впечатление, что певица сильно волнуется или чего-то боится.
   - Странная девушка, - заметил один из друзей Карлотты в партере почти во
  весь голос, - недавно была просто божественна, а сейчас блеет, как коза.
  Никакого мастерства, никакой школы!
  
   Расскажите вы ей, цветы мои...
  
   Рауль обхватил голову руками: он плакал. Позади него граф Филипп жевал
  кончики усов и хмурил брови. Если уж граф, обычно такой внешне невозмутимый
  и холодный, так проявлял свои чувства, он, вероятно, был взбешен. И он на
  самом деле был взбешен. Он видел, что Рауль вернулся из своей загадочной
  поездки полным тревоги и совершенно больным. Последовавшие