разъезжал по приморским и курортным городам -
  Биаррнцу, Экс-ле-Бену, Люшону, - проигрывая по десять тысяч франков за
  вечер, окруженный хорошенькими женщинами, ссорившимися из-за его улыбки.
  Этот искусный шарлатан был к тому же и соблазнителем. Служа в полку, он
  покорил - по счастью, лишь платонически - сердце дочери своего полковника.
  Теперь вам ясно, что это был за человек?
   И вот с этим-то человеком и собирался вступить в единоборство Жозеф
  Рультабийль!
  
  ***
  
   Я полагал, что мне вполне удалось познакомить м-с Эдит с прославленным
  бандитом. Она слушала в глубоком молчании, которое в конце концов меня
  встревожило; наклонившись над молодой женщиной, я увидел, что она спит.
  Такое поведение могло дать мне вполне ясное представление об этой особе, но
  так как у меня появилась возможность вволю предаться ее созерцанию, во мне
  родились совершенно противоположные чувства, которые позже я тщетно пытался
  изгнать из своего сердца.
   Ночь прошла без неожиданностей. Я приветствовал наступающий день вздохом
  облегчения. Тем не менее Рультабийль позволил мне отправиться спать лишь в
  восемь утра, уже вовсю погрузившись в дневные заботы. Он был тогда среди
  рабочих, напряженно трудившихся над заделкой пролома в башне Б. Работы
  велись столь толково и быстро, что к вечеру форт Геркулес оказался закупорен
  так же плотно, как это выходило на чертеже. Сидя на большом обломке
  известняка, Рультабийль рисовал план замка, который я здесь привел, и
  говорил