о человека, главными занятиями которого были до этого охота и книги.
  О нем говорили, будто он человек рассудительный, скупец и поэт. От своего
  отца он унаследовал также высокое положение при дворе. Он был камергером;
  ходили слухи, что за большие заслуги отца царь оказывает сыну особое
  расположение. При этом князь Галич был нежен, словно девушка, и необычайно
  силен. В общем, этот русский дворянин взял геем. Я его еще не знал, но он
  был мне уже неприятен. Что до его отношений с супругами Ранс, то они были по
  преимуществу соседскими. Купив два года назад великолепное имение, которое
  за висячие сады, цветущие террасы и балконы прозвали "садами Семирамиды",
  князь неоднократно оказывал помощь м-с Эдит, когда та надумала устроить в
  крепостном дворе экзотический сад. Он подарил ей несколько растений, которые
  прижились в форте Геркулес и цвели почти так же, как на берегах Тигра и
  Евфрата. Мистер Ранс приглашал порою князя Галича отобедать, после чего тот
  вместо цветов присылал то ниневийскую пальму, то кактус, именуемый
  "Семирамида". Это ему ничего не стоило: у него их было слишком много, они
  ему мешали, а сам он предпочитал розы. К посещениям молодого русского м-с
  Эдит проявляла определенный интерес, потому что он читал ей стихи - сначала
  по-русски, потом переводя на английский, а иногда и сам сочинял для нее
  английские стихи. Стихи, настоящие стихи, посвященные м-с Эдит! Это до такой
  степени ей льстило, что она даже попросила князя перевести написанные для
  нее