ое удовольствие, - и мы медленно пошли меж благоухающих кустов, ожидая
  второго удара гонга к завтраку, который решили накрыть в беседке, крытой
  пальмовыми листьями, на площадке башни Карла Смелого.
  
  Б. Завтрак и все, что за ним последовало.
  Нас всех охватывает ужас
  
   В полдень мы уселись за стол на террасе башни, откуда открывался вид
  просто бесподобный. Пальмовые листья отбрасывали живительную тень, однако
  земля и небо вокруг сияли столь нестерпимо, что наши глаза не выдержали бы,
  не надень мы все темные очки, о которых я упоминал в начале этой главы.
   За столом сидели г-н Стейнджерсон, Матильда, Старый Боб, г-н Дарзак,
  мистер Артур Ранс, м-с Эдит, Рультабийль, князь Галич и я. Рультабийль, не
  обращая внимания на сотрапезников, сел спиной к морю, чтобы иметь
  возможность наблюдать все, что происходит в стенах форта. Слуги находились
  на своих местах: папаша Жак - у входа, Маттони - у потерны, а чета Бернье -
  в Квадратной башне, перед дверьми в комнаты г-на и г-жи Дарзак.
   Завтрак начался в молчании. Мы были несколько смущены собственным видом:
  молчаливые фигуры вокруг стола, с посверкивающими друг на друга черными
  стеклами, за которыми не видно ни глаз, ни мыслей.
   Первым прервал молчание князь Галич. Весьма любезно обратившись к
  Рультабийлю, он попытался сказать ему комплимент относительно его
  журналистской репутации, однако молодой человек ответил князю довольно
  резко. Нимало этим не смутившись, князь пояснил, что интересуется делами