аску - череп Старого Боба был вымазан краской, которой
  рисовал молодой профессор.
   Из-за стола я встал первым, чтобы поскорее отправиться к Рультабийлю, а
  также уйти от взгляда Матильды. Что Дама в черном делала у меня в комнате?
  Вскоре мне суждено было это узнать.
   Когда я вышел наружу, молнии сверкали непрерывно, дождь лил с удвоенной
  силой. В несколько прыжков я оказался под потерной. Никаких признаков
  Рультабийля. Я нашел его на террасе старой башни, возвышавшейся рядом: он
  наблюдал за входом в Квадратную башню, подставив спину буре. Я потряс его и
  потащил под потерну.
   - Перестань, - воскликнул он, - перестань! Вот так потоп! Как здорово!
  Как это славно - гнев небесный! Тебе не хочется перекричать гром? А мне
  хочется - слушай! Я кричу! Кричу! Эй! Эй! Эй! Громче самого грома. Вот его и
  не слышно.
   И в бурной ночи, над ревущими водами раздался его дикий вопль. Я решил,
  что на этот раз он и в самом деле спятил. Увы! В этих нечленораздельных
  криках бедный мальчик выплескивал сжигавшую его нестерпимую боль, пламя
  которой он тщетно старался погасить в своей груди, - боль сына Ларсана!
   Внезапно я обернулся. Кто-то схватил меня за руку, и черная фигура
  прокричала мне сквозь рев ветра:
   - Где он? Где он?
   Это была г-жа Дарзак, искавшая Рультабийля. Нас ослепила новая вспышка
  молнии. Охваченный безумием Рультабийль во все горло ревел вместе с громом.
  Она его услышала. Увидела. Мы были мокры насквозь - на помощь ливню пришло
  море с его пеной.