приготовился лечь, как из комнат супругов Дарзак
  раздался страшный шум. Бернье с женой замерли. Загрохотала мебель,
  послышались удары в стену. "В чем дело?" - проговорила матушка Бернье, и тут
  же они услышали голос г-жи Дарзак, звавшей на помощь. Мы, сидя в комнате
  Нового замка, этого крика не слышали. Мамаша Бернье от ужаса лишилась сил, а
  сам Бернье, подбежав к двери комнаты г-на Дарзака, стал в нее ломиться,
  требуя, чтобы ему отперли. По ту сторону двери борьба продолжалась уже на
  полу. Он слышал тяжелое дыхание двух мужчин и узнал голос Ларсана, который
  выкрикнул: "Теперь ты от меня не уйдешь!" Потом он услышал, как г-н Дарзак
  из последних сил, полузадушенным голосом позвал на помощь жену:
   "Матильда! Матильда!" Очевидно, Ларсан подмял его под себя, но тут
  раздался спасительный выстрел. Звук выстрела напугал папашу Бернье меньше,
  чем вопль, которым он сопровождался. Казалось, что г-н Дарзак, издавший
  крик, смертельно ранен. Бернье не мог взять в толк одного - поведения г-жи
  Дарзак. Почему она не открыла дверь, когда подоспела помощь? Почему не
  отперла задвижку? Наконец, почти сразу после выстрела, дверь, в которую не
  переставая барабанил папаша Бернье, отворилась. Комната была погружена во
  мрак, но это привратника не удивило: во время борьбы свеча, свет которой
  виднелся из-под двери, внезапно погасла и послышался шум упавшего
  подсвечника. Дверь открыла г-жа Дарзак; ее муж неясной тенью нагнулся над
  хрипящим на полу и, по-видимому,