ть
  может, это тень Ларсана, восставшего из мертвых?
   Я схожу с ума... Ей-богу, всех нас нужно пожалеть - все мы сходим с ума.
  Нам повсюду видится Ларсан, и, быть может, Дарзак однажды тоже смотрел на
  меня и думал:
   "А вдруг это Ларсан?" Однажды! Я говорю, словно мы заперты в замке уже
  невесть сколько, а прошло-то всего четверо суток. Мы приехали сюда 8 апреля,
  вечером.
   Когда я задавал себе этот ужасный вопрос относительно других, сердце мое
  не билось так сильно - быть может, потому, что и вопрос звучал не так
  ужасно, когда речь шла о других. И потом, со мной делается что-то странное.
  Мой ум не только не сопротивляется изо всех сил столь невероятному
  предположению; напротив, он тянется к нему, поддается его страшному
  очарованию. Он буквально помутился, и спасения от этого нет. Он заставляет
  меня не сводить глаз с этого призрака, стоящего на западном валу, отыскивать
  знакомые позы и жесты - сначала когда тот стоит спиной, потом в профиль,
  потом - лицом ко мне. Вот так он очень похож на Ларсана... Да, но вот этак
  он похож на Дарзака...
   Почему эта мысль впервые пришла ко мне только сегодня ночью? Ведь если
  поразмыслить как следует, это - первое, что должно было прийти нам на ум.
  Разве во времена событий, связанных с тайной Желтой комнаты, Ларсана не
  принимали несколько раз за Дарзака? Разве Дарзак, пришедший в 40-е почтовое
  отделение за ответом м-ль Стейнджерсон, не был на самом деле Ларсаном? Разве
  этот король перевоплощений уже не выдавал себя за