, что я и сделал, обозвав
  себя дураком.
  
  Глава 17
  Необыкновенные приключения Старого Боба
  
   Когда я проснулся, моя первая мысль была о Ларсане. Я уже был не в
  состоянии верить ни себе, ни другим, ни в то, что он мертв, ни в то, что
  жив. Быть может, он был вовсе не так тяжело ранен, как мы подумали? Да что я
  говорю? Быть может, он был вовсе не мертв, как это показалось сначала? Мог
  ли он выбраться из мешка, сброшенного Дарзаком в Кастийонскую расселину? В
  конце концов, это было вполне возможно или, точнее, в этом предположении не
  было ничего, что превосходило бы способности Ларсана, тем более что Уолтер
  объяснил нам, что нашел мешок в трех метрах от устья расселины, на
  естественном выступе, о существовании которого г-н Дарзак и не подозревал,
  сбрасывая останки Ларсана в бездну.
   Затем я подумал о Рультабийле. Что он делает все это время? Зачем уехал?
  Никогда еще он не был так нужен в форте Геркулес. Если он опоздает, то
  сегодня скандала между Раисами и Дарзаками не избежать.
   В этот миг в дверь постучали, и папаша-Бернье передал мне короткую
  записку от моего друга, которую какой-то маленький бродяжка сунул в руку
  папаше Жаку. Рультабийль писал: "Вернусь сегодня утром. Встаньте поскорее и
  не откажите в любезности набрать для меня к завтраку прекрасных моллюсков,
  которых так много на камнях у мыса Гарибальди. Не теряйте ни минуты.
  Приветствую и благодарю. Рультабийль". Эта записка навела меня на
  размышления: я знал из опыта, что,