приготовления вывели из равновесия больше, чем
  остальных. - Я прошу госпожу Дарзак присоединиться ко мне и упросить этих
  людей не предпринимать ничего до возвращения моего мужа.
   Дама в черном не успела ответить: еще когда говорила м-с Эдит, в коридоре
  послышался шум, затем стук в дверь и голос Артура Ранса, который просил
  немедленно открыть ему. Он крикнул:
   - Я принес булавку с рубином. Рультабийль отворил дверь:
   - Артур Ранс! Наконец-то!
   Муж м-с Эдит разразился потоком слов:
   - В чем дело? Что случилось? Опять несчастье? Увидев, что железные ворота
  закрыты, и услышав доносившиеся из башни заупокойные молитвы, я сразу
  подумал, что опоздал. Да, так я и думал: вы казнили Старого Боба. Тем
  временем Рультабийль запер за Артуром Рапсом дверь и учтиво проговорил:
   - Старый Боб жив, умер папаша Бернье. Садитесь же, сударь.
   Артур Ранс с удивлением оглядел чертежную доску, чашечку с краской и
  окровавленный череп и спросил:
   - Кто его убил?
   Только после этого он заметил, что его жена тоже в комнате, и пожал ей
  руку, глядя при этом на Даму в черном.
   - Перед смертью Бернье обвинил Ларсана, - ответил г-н Дарзак.
   - Вы хотите сказать, - перебил Артур Ранс, - что тем самым он обвинил
  Старого Боба? Нет, я этого не вынесу! Я тоже сомневался в подлинности нашего
  любимого дядюшки, но повторяю: я принес булавку с рубином.
   Что он хотел сказать, все время твердя про булавку с рубином? Я вспомнил:
  м-с Эдит рассказывала, что дядя отнял у нее эту булавку, когда