- Прошу прощения, сударь, - возразил Рультабийль, побелев как мел. - Вы
  опять забываете о здравом смысле. Он же указывает нам как раз на обратное. Я
  рассуждаю так: раз женщина верит или близка к тому, чтобы поверить, что вы -
  Ларсан, то в ваших интересах доказать ей, что Ларсан находится где-то в
  другом месте.
   При этих словах Дама в черном скользнула вдоль стены, встала, задыхаясь,
  рядом с Рультабийлем и пристально всмотрелась в лицо г-ну Дарзаку, которое
  сделалось вдруг невероятно суровым. Мы же были так потрясены неожиданностью
  и неопровержимостью первых рассуждений Рультабийля, что хотели только, чтобы
  он продолжал; боясь его прервать, мы спрашивали себя, куда может привести
  столь неслыханное предположение. Молодой человек невозмутимо продолжал:
   - Но если в ваших интересах было доказать, что Ларсан находится где-то в
  другом месте, то в одном случае эти интересы становились уже настоятельной
  потребностью. Представьте... Я говорю, представьте, мой дорогой господин
  Дарзак, на один только миг, наперекор себе, представьте, что в глазах дочери
  профессора Стейнджерсона вы и в самом деле воскресший Ларсан и у вас
  действительно появилась потребность воскресить его еще раз, но уже в другом
  месте, чтобы доказать жене, что воскресший Ларсан - это не вы... Ах, да
  успокоитесь же, дорогой господин Дарзак, умоляю вас! Говорю вам, мои
  подозрения рассеялись, рассеялись совершенно. Давайте порассуждаем немного,
  позабыв о всех этих ужасах, когда казалось, что для рассуждений