бенности деньги. Рультабийль без труда убедил его, что если
  он не предаст Ларсана, то его песенка спета, а вот если он поможет семейству
  Дарзаков выйти из этого положения без скандала, то неплохо на этом
  заработает. Они ударили по рукам и отправились в сумасшедший дом, директор
  которого принял и выслушал их с известным изумлением, вскоре превратившимся
  сперва в ужас, а затем в необычайную любезность, которая вылилась в
  немедленное освобождение Робера Дарзака. Дарзак по счастливой случайности, о
  которой я уже рассказывал, почти не пострадал от раны, чуть было не
  оказавшейся смертельной. Безмерно счастливый, Рультабийль забрал его с собой
  и доставил в Ментону. Обоюдные их излияния я оставлю в стороне. С Бриньолем
  они расстались, назначив ему встречу в Париже, чтобы рассчитаться. По дороге
  Дарзак рассказал, что несколько дней назад наткнулся в своей тюрьме на
  местную газету, в которой рассказывалось о прибытии в форт Геркулес г-на и
  г-жи Дарзак, только что сочетавшихся браком в Париже. Большего ему и не надо
  было, чтобы понять причину всех своих бед и догадаться, у кого хватило
  дерзости занять его место рядом с несчастной женщиной, чей рассудок еще не
  совсем восстановился. Это открытие сообщило ему нечеловеческие силы. Украв у
  директора пальто, чтобы спрятать под ним больничную одежду, и забрав его
  кошелек с сотней франков, он с риском сломать шею перелез через стену,
  которая при других обстоятельствах показалась бы ему неприступной.
  Спустившись