то выдержать. Может, так и было. Но я знала только одно: Олафу или Бернардо, любому из них, лучше не сниться.
  
  Глава 18
  
   У дальней стены был камин, но узкий и белый, той же каменной белизны, что и стены. Над ним висел череп животного. Возможно, что оленя, но он был тяжелее, и рога длинные и изогнутые. Пожалуй, не олень, а что-то на него похожее и не из этой страны. На узкой полке над камином лежали два бивня, будто слоновые, и черепа мелких животных. Перед камином стоял низенький белый диван, рядом с ним большой кусок неотшлифованного мрамора с установленной на нем фарфоровой лампой. В абажуре над лампой был приличный кусок белого горного хрусталя. Еще у дальней стены между двумя дверями находился лакированный черный стол, и на нем вторая лампа, побольше. Напротив камина стояли два кресла, развернутые друг к другу, с резными подлокотниками, украшенными крылатыми львами. Черные, кожаные, и что-то было в них египетское.
   - Твоя комната там, - сказал Эдуард.
   - Нет, - ответила я. - Очень долго я ждала, когда увижу твой дом. Теперь не торопи меня.
   - Не возражаешь, если я отнесу вещи к тебе в комнату, пока ты будешь заниматься исследованиями?
   - Да, не стесняйся.
   - Очень любезно с твоей стороны. - Эдуард придал голосу чуть-чуть язвительности.
   - Всегда пожалуйста, - ответила я.
   Эдуард поднял оба моих чемодана и сказал:
   - Бернардо, пошли. Можешь одеться.
   - А нам ты не дал побродить по дому.
   - Вы не просили.
   - Вот одно из преимуществ быть девчонкой, а не парнем, - сказала я. - Если мне любопытно, я просто спрашиваю.
   Они вышли в дальнюю дверь, хотя в такой маленькой комнате понятие "дальняя" было относительным. Рядом с камином в беловатой плетеной корзине из камыша лежали дрова. Я провела рукой по холодному мрамору кофейного столика, расположенного