ую огнем, третьего - убив его слугу. Но чтобы так прямо стрелять, такого не было. Вообще-то я сегодня ни в кого стрелять не собиралась, но... Я зарядила патронами еще одну обойму. Они пойдут в ход, если я потрачу первую. Но если я разряжу тринадцать патронов ХТР, а тот, в кого я стреляю, не свалится, то дальше ловить нечего. Насчет обвинений в убийстве я подумаю потом, когда останусь в живых. Выжить - в первую очередь, не попасть за решетку - во вторую.
   Разобравшись с приоритетами, я засунула запасную обойму в правый карман пиджака и вышла искать Эдуарда. В конце концов, это он научил меня отличать главное от второстепенного.
  
  Глава 22
  
   Я ждала в гостиной, когда из дальних комнат вышли Бернардо и Олаф. Они оба переоделись.
   Бернардо оделся в белые брюки с отутюженной складкой и с отворотами. Мускулистые темные руки торчали из пройм белого жилета. Бицепсы посередине были охвачены серебряными браслетами, и точно такие же украшали каждое из запястий. На смуглой груди блестел серебряный медальон. Волосы, словно черный сон, спадали на эту белизну, но только с одной стороны они были собраны в косу, довольно толстую, потому что волос у Бернардо было много. А вплетенные в шевелюру серебряные цепочки с колокольчиками мелодичным звоном сопровождали передвижения Бернардо по комнате. Он глядел на меня сквозь упавшую на лицо черную вуаль. Зрелище, мягко говоря, привлекало внимание.
   С некоторым трудом оторвав взгляд от Бернардо, я посмотрела на Олафа. На нем была черная рубашка без всяких выкрутасов. Чтобы спрятать наплечную кобуру, он надел кожаный пиджак, в котором было, пожалуй, слишком жарко. Хотя надо признать, что при его наголо бритой голове, черных джинсах и черных сапогах с серебряными подковками кожаный пиджак смотрелся как влитой.
   - Чего так шикарно оделись, ребята? - спросила я.
   -