переменились. Сет был тогда заведен сосанием ушей, и обнажился, твердый и готовый получать и доставлять удовольствие. Сейчас он просто стоял голый и не мог оторвать глаз от кровавого месива, в которое превратился Диего, будто боялся, что придет и его черед.
   - Предлагай свою жертву, мой кот, - сказала она.
   Сет оторвал взгляд от тела Диего, посмотрел на стоящего перед ним вампира.
   - Моя небесная владычица, я желаю, ты знаешь это, но... но я, кажется... - Он сглотнул слюну, так что слышно было, хотя у меня еще чуть звенело в ушах. - Я, кажется...
   - Предлагай свою жертву, Сет, или гнев мой обрушится на тебя.
   Четыре жуткие сестры повесили плети на крючки - вроде как садомазохистский вариант семи гномов с одинаковыми инструментами. Они поплыли обратно к нам, как акулы, почуявшие в воде кровь.
   Сет вроде бы знал, что они здесь. Он схватил себя двумя руками и попытался чего-то добиться, но глаза его бегали по комнате, будто искали, куда сбежать. Он старался, но ничего не получалось.
   Эдуард уже не держал меня за руку. Может быть, Сет на него так подействовал, а может, решил, что на эту ночь я свои запасы терпения исчерпала.
   - Ты же его напугала до полусмерти. В таком состоянии поднять эту штуку трудно.
   Богиня и Чолталокаль повернулись ко мне, и у них было почти одинаковое выражение лица. Не очень-то долго я всматривалась им в глаза, но взгляд их был пронизан презрением. Как это я посмела вмешаться?
   Эдуард сделал движение, чтобы снова меня взять за руку, но я остановила его:
   - Не трогай меня.
   Его рука опустилась, но он бросил на меня недовольный взгляд. Ладно, мне тоже сейчас многое не нравится.
   - Ты предлагаешь помочь ему преодолеть страх? - спросила Итцпапалотль, всем своим видом показывая, что ничего подобного от меня не ожидает.
   - Конечно,