многое нельзя объяснить.
   - Но вы его понимаете.
   Это прозвучало почти обвинением.
   - Я много времени терлась среди очень крутых парней.
   - Это не то, - сказал он. - Вы очень отличаетесь от всех женщин, которых я видел.
   - Она отличается от всех женщин, которых ты когда-нибудь увидишь, - ответил Эдуард.
   Питер посмотрел на меня, на него.
   - Мама к ней ревнует.
   - Я знаю, - сказал Эдуард.
   Из комнаты донесся голос Бернардо:
   - Можно нам уже опустить эту рогожу?
   - Да неужто такие крутые супермены уже устали? - спросила я.
   - Молочная кислота вырабатывается в мышцах у каждого, киска.
   Я первая начала обзываться, поэтому пропустила "киску" мимо ушей.
   - Тебе надо пойти к маме и Бекки на кухню, - сказала я.
   - В самом деле надо?
   Он смотрел на Эдуарда, ожидая от него разрешения.
   - Да, - сказала я, пытаясь взглядом внушить ему, чтобы не вздумал перечить.
   Но он смотрел только на мальчика. Они оба уставились друг на друга, и между ними что-то проскользнуло, знание какое-то, что ли.
   - Уберите скатерть, - сказал Эдуард.
   - Нет! - воспротивилась я и поймала Питера за руку. Повернула к себе, спиной к двери. Захваченный врасплох, он не стал вырываться. Но не успел он еще решить, что со мной делать, как заговорил Эдуард.
   - Отпусти его, Анита.
   Я обернулась на него через плечо Питера и обнаружила, что Питер выше меня на пару дюймов.
   - Эдуард, не надо!
   - Ему интересно - пусть посмотрит.
   - Донне это не понравится, - сказала я.
   - А кто ей расскажет?
   Я глянула в темные глаза Питера.
   - Он, вот разозлится когда-нибудь на тебя, или на нее, или на обоих - и расскажет.
   - Я этого не сделаю, - сказал Питер.
   Я покачала головой. Не верила я ему, поэтому-то и отпустила его руку. Если