янно рисковать, иначе не в кайф.
   Мимо нас прошла пара с тележкой, нагруженной чемоданами. Мы молча ждали, пока они проедут. Женщина дернула головой в нашу сторону, заметив напряжение в позах. Мужчина потянул ее за собой, и они удалились.
   - Ты это просто так или к чему-нибудь? - спросил Эдуард.
   - Ты хочешь знать, кто из нас лучше стреляет, Эдуард. Давно хочешь это выяснить. Если ты убьешь меня внезапно, вопрос так и останется без ответа и будет тебя сверлить.
   Губы его растянулись в более широкой улыбке, но какой-то вялой и без прежнего добродушия.
   - И потому я не стану стрелять тебе в спину.
   - Вот именно.
   - Так зачем тогда было так стараться занять мне руки и пропустить вперед?
   - Мне еще выпадет много шансов ошибиться.
   Он засмеялся, тихо и чуть жутковато. Один звук - и все стало ясно. Его заводила идея драться со мной.
   - Я бы с удовольствием вышел на охоту за тобой, Анита. Это моя мечта. - Он вздохнул почти печально. - Но ты мне нужна. Нужна твоя помощь в этом деле. И еще: как ни хочу я получить ответ на мучительный вопрос, мне будет тебя не хватать. Ты единственный человек в этом мире, о котором я могу это сказать.
   - А Донна?
   - А что Донна?
   - Не умничай, Эдуард. - Я посмотрела ему за плечо и увидела, что Донна машет нам от машины. - Нас засекли.
   Он оглянулся на нее и помахал рукой с чемоданом. Без него, наверное, было бы легче, но Эдуард тоже осторожен - по-своему.
   Он повернулся ко мне:
   - Если будешь оглядываться на меня все время через плечо, ты работать не сможешь. Так что давай заключим перемирие, пока не раскроем дело.
   - Даешь слово? - спросила я.
   Он кивнул:
   - Даю слово.
   - Годится.
   Он улыбнулся, и улыбнулся неподдельно.
   - Ты веришь мне по единственной причине: ты сама держишь данное