Франклин нахмурился:
   - Я вас рассмешил?
   Брэдфорд почти в буквальном смысле встал между нами.
   - Давайте осмотрим место, а потом решим, что делать.
   Франклин помрачнел сильнее:
   - Мне это не нравится.
   - Вы уже высказывали свои возражения, агент Франклин, - сказал Брэдфорд, и по его тону явствовало, что молодой агент его достал.
   Франклин тоже это почувствовал, потому что еще раз поправил и без того безупречно повязанный галстук и повел нас в столовую. Брэдфорд пошел за ним. Эдуард посмотрел на меня вопросительно.
   - Я иду, - сказала я.
   Когда-то я старалась быть большим мачо, чем полицейские. Меня ничто не могло смутить, потому что я большой и крутой вампироборец. Но последнее время мне на все это было наплевать. Я не хотела больше этим заниматься. Сама была поражена, когда поняла, что мне не хочется здесь быть: слишком много ужасов видела я за очень короткий срок. Я выгорала дотла; а может, и уже выгорела, только еще сама не поняла.
   Страх стянул живот в болезненный узел. Стоп, его надо подавить. Надо отделить себя от той работы, что ждет впереди, или меня стошнит. Я попыталась сделать несколько успокаивающих вдохов, но запах густо обволакивал язык. Пришлось сглотнуть слюну (и тут же об этом пожалеть) и уставиться на ботинки. Я рассматривала носки кроссовок, касавшиеся края дорожки на полу, пока узел в животе не ослаб и наступило спокойствие. В груди все еще что-то дрожало, но лучшего мне уже не добиться.
   - Вам нехорошо, миз Блейк? - спросил Франклин.
   Я подняла глаза, и посмотрела на то, что лежало на столе.
  
  Глава 32
  
   И я тихо сказала:
   - Bay!
   - Вот именно, - отозвался Брэдфорд. - Именно что "вау".
   Стол был из натуральной сосны, бледной, почти белой. Он подходил к цветовой гамме стен и всего убранства и создавал эффектный фон