мачо, чтобы у него так не было. У Бернардо получалось.
   - Может, он считал, что, раз ты помог ему с тем гнездом оборотней, ты и здесь пригодишься.
   - Так он ошибся.
   Я пожала плечами:
   - Тогда езжай домой.
   - Не могу.
   Я обернулась к нему. Виден был только профиль, но довольно симпатичный.
   - Ты тоже у него в долгу?
   - Да.
   - А можно спросить, что за долг?
   - Тот же, что у тебя.
   - Ты убил его помощника?
   Он кивнул и руками отвел волосы с лица.
   - Хочешь об этом рассказать?
   - А зачем? - Он глядел на меня, и это был тот редкий случай, когда лицо его выглядело серьезным, даже слегка мрачноватым, и на нем не было поддразнивающего выражения. Без этой улыбки и сияния в глазах он казался не таким красивым, но более настоящим. А это меня доводит до беды куда быстрее любой бочки обаяния. - Ты разве хочешь рассказывать, как убила Харли?
   - На самом деле нет.
   - А тогда зачем спрашиваешь?
   - Тебя вроде бы что-то грызло. Я думала, что разговор может помочь. Или это женская черта - выговариваться?
   Он расплылся в улыбке.
   - Наверное, женская, потому что я об этом говорить не хочу.
   - О'кей, поговорим о чем-нибудь другом.
   - О чем?
   Он глядел в дальнее окно, прислонившись плечом к стеклу. Дорога нырнула вниз между двумя холмами, и мир вдруг стал темно-серым. Мы в буквальном смысле уходили из света. Но это вот последнее нападение явно было совершено при свете дня. Так чего же меня так беспокоила наступающая ночь? Может быть, сказывался многолетний опыт охоты на вампиров, когда наступление тьмы означало, что у нас, людей, преимущества больше нет. Я надеялась, что все дело только в старых привычках, но дрожь у меня в животе придерживалась иного мнения.
   - Ты давно знаком с Эдуардом? - спросила я.
   - Лет шесть.