анные черные горы.
   - А как эти горы называются?
   - Сангре-дель-Кристо - Кровь Христова, - ответил Эдуард.
   Я глянула на него - не шутит ли он. Нет, он не шутил.
   - Почему?
   - Что почему?
   - Почему их назвали Кровью Христовой?
   - Не знаю.
   - А давно Тед здесь живет?
   - Почти четыре года.
   - И ты не знаешь, почему горы назвали Сангре-дель-Кристо? Ты совсем не любопытен?
   - К тому, что не касается этой работы, - нет.
   Именно этой работы. Как-то странно.
   - А что, если монстр, которого мы ищем, что-то вроде местного пугала? Знание о названии гор может нам ничего и не дать, но может вывести на легенду, предание, намек о какой-то кровавой бане в прошлом. Бывают очень локализованные монстры, Эдуард, твари, которые вылезают из-под земли раз в столетие, как долгоживущие цикады.
   - Цикады? - переспросил он.
   - Ага, цикады. Ювенильные формы остаются в земле, и только раз в тринадцать, или семь, или сколько там лет занимает цикл превращения, вылезают, линяют и становятся взрослыми. Это те насекомые, которые так трещат каждое лето.
   - Не знаю, кто погубил тех людей, Анита, но только не гигантская цикада.
   - Я не об этом, Эдуард. Я о том, что есть виды живых существ, которые прячутся, почти тотально прячутся много лет, а потом вылезают. Монстры все же принадлежат к миру природы. Противоестественная биология - все равно биология. Так что, быть может, старые мифы и легенды наведут нас на след.
   - Я тебя привез не для того, чтобы ты тут Нэнси Дрю изображала, - сказал Эдуард.
   - И для этого тоже, - ответила я.
   Он посмотрел на меня таким долгим взглядом, что мне захотелось попросить его следить за дорогой.
   - Что ты хочешь этим сказать?
   - Если бы тебе нужен был человек, только чтобы вскидывать ствол и стрелять, ты бы позвал