вал кого-нибудь другого. Тебе нужны мои знания, а не только ствол. Так ведь?
   Он отвернулся и стал смотреть на дорогу, отчего мне стало намного легче. По обе стороны стояли домики, в основном глинобитные или под глинобитные. Я недостаточно в этом разбираюсь, чтобы судить. Дворики маленькие, но ухоженные, кактусы и большие кусты сирени с удивительно маленькими гроздьями голубых цветов. Сирень была не такая, как на среднем западе. Наверное, она требует меньше воды.
   Молчание заполнило машину, и я не пыталась его нарушить, созерцая пейзаж. Я в Альбукерке не бывала и буду изображать туриста, если получится. Эдуард наконец ответил мне, сворачивая на Ломос-стрит:
   - Ты права. Я тебя позвал не просто стрелять. Для этого у меня уже есть люди.
   - Кто? - спросила я.
   - Ты их не знаешь, но в Санта-Фе я вас познакомлю.
   - Мы сейчас едем прямо в Санта-Фе? Я сегодня еще ничего не ела и вроде надеялась перекусить.
   - Последнее место преступления - в Альбукерке. Мы туда заедем, потом поедим.
   - А мне потом захочется есть?
   - Может быть.
   - Кажется, мне тебя не уговорить сперва на ленч.
   - Нам придется еще заехать в одно место, - сказал он.
   - Это куда?
   Он только слабо улыбнулся - дескать, пусть будет сюрпризом. Эдуард любил испытывать мое терпение.
   Может, на другой вопрос ответит.
   - А кто еще с тобой сейчас работает?
   - Я же тебе сказал, ты их не знаешь.
   - Ты все время говоришь "они". Значит, у тебя есть двое для поддержки, и тебе понадобилась еще и я?
   Он опять ничего не ответил.
   - Трое человек в поддержку. Да, Эдуард, ты, наверное, просто в отчаянии.
   Я это сказала вроде как в шутку. Но он воспринял всерьез.
   - Анита, это дело я хочу раскрыть любой ценой.
   И вид у него был угрюмый. Подвело меня чувство юмора.
   -