- Я же сказала, любящими и любимыми.
   - Ты еще сказала "родственниками", а у мужа с женой общей крови нет.
   - Какая разница - одна телесная жидкость или другая? Мы убиваем тех, кто нам всего ближе.
   - Мы не близки, - сказал Олаф.
   - Нет, не близки, - согласилась я.
   - Но я все равно тебя ненавижу.
   Я произнесла, не оборачиваясь:
   - Взаимно.
   - А я думал, что вы никогда ни в чем друг с другом не согласитесь, - сказал Бернардо. Весело сказал, шутливо. Никто не засмеялся.
  
  Глава 46
  
   В свете утра покрашенный в черное фасад бара имел усталый вид. Видно было, что краска потрескалась и облезает. И фасад бара казался таким же заброшенным, как и все дома на улице. Может, это не Ники Бако вытеснил отсюда все заведения, а само так вышло. Стоя здесь, в мягком утреннем тепле, я почувствовала то, чего не заметила тогда ночью. Будто улицу использовали, выжали досуха в мистической сцене. В последний раз, когда я здесь была, у меня было отчетливое ощущение, что это Бако выкачал из улицы все жизненные силы, но если бы так оно было, то ему не хватало бы энергии себя поддержать. Или эти отрицательные энергии вернулись в конце концов обратно. Почти все системы магии или мистицизма содержат правила поведения, что можно делать и чего нельзя. Если нарушаешь их, то на свой страх и риск. Ведуны называют это тройным правилом: что сделаешь другим, вернется к тебе троекратно. Буддисты называют кармой. Христиане - расплатой за свои грехи. А я говорю: что уходит, то и придет. И это действительно так, сами знаете.
   "Файрстар" я заткнула спереди под штаны без кобуры, потому что пистолет оказывается выше и не так вдавливается. Эдуард одолжил мне кобуру для браунинга, и я повесила ее на бедро, хотя стала похожа на ковбоя с Дикого Запада с пистолетами накрест. Впрочем, черная тенниска спускалась