е зрения свои тылы, еще и не поворачиваясь всем телом, а это было бы неуклюже. И я вполне доверяла Эдуарду.
   Должна признать, у меня свело между лопатками от напряженного ожидания, что Арфа побежит за нами и скажет: идемте, будем говорить. Но он не бежал, и я шла дальше. Олаф и Бернардо уже стояли возле "хаммера", ожидая, чтобы Эдуард открыл дверцы.
   Мы уже садились в машину, когда Арфа вышел на тротуар и направился к нам. Он был безоружен, но очень недоволен.
   - Заводи машину, - сказала я.
   Эдуард так и сделал.
   Арфа побежал к нам трусцой, размахивая ручищами. Некоторые оборотни бегают, как их животные прообразы, с богоданной грацией. Арфа был не из таких. Он бежал неуклюже, будто давно уже не бегал, по крайней мере в человеческом виде. Я не могла не улыбнуться.
   - Ты хотела видеть, как он бежит, - сказал Эдуард. - Стоит ли так мелочиться.
   - Может быть, но зато весело, - согласилась я.
   Он включил передачу, и Арфа сделал неуклюжий рывок. К машине он подоспел, когда Эдуард уже отъезжал. Он прямо рухнул, опираясь мясистой ручищей на капот.
   Эдуард остановился. Мое стекло скользнуло вниз, я посмотрела на Арфу с любопытством. У него на голой груди выступила испарина, дышал он часто и хрипло.
   - ...твою... мать, - выдохнул он.
   - Ты что-то хотел? - спросила я.
   - Босс говорит... все... заходите.
   Он оперся на капот обеими руками, стараясь перевести дыхание.
   - О'кей, - сказала я.
   Эдуард припарковался у тротуара, и Арфе пришлось отодвинуться, освобождая место. Мы снова вылезли из машины. Арфа все еще дышал с трудом.
   - Аэробика - ключ к здоровому сердцу, - сказала я приветливо, пока мы ждали, чтобы он нас повел в бар.
   - Пошла ты на...
   Я подумала, не полезть ли опять в машину, но этой игрой я уже добилась чего хотела - говорить с