в детально разобраться с археологическими находками.
   - Ты шутишь!
   - Он направил меня в хранилище вещдоков посмотреть на вещи, изъятые из домов жертв.
   - Но это же он сделал, чтобы тебя унизить и убрать!
   - Вслух он этого не говорил. Не сказал, что именно это его вдохновляет.
   - Он такое уже раньше проделывал, как я понимаю?
   Рамирес кивнул:
   - Он великолепный политик. А когда не садится на своего праворадикального конька, он еще и хороший сыщик.
   - Ладно. Ты говорил, что я тоже не допущена на место преступления. И что мы имеем?
   - Мы все думали, что ты пока в ауте, но Маркс выкинул из дела Теда и компанию, убедив начальство, что от Теда было мало помощи, а без тебя, его свежего эксперта, в нем вообще необходимость отпала.
   - О, я ручаюсь, Тед был в восторге!
   Рамирес кивнул.
   - Он вел себя очень... непрофессионально или не похоже на себя, когда шел обыск дома Райкера. Никогда не видел Теда таким... - Рамирес не нашел слов, только помотал головой. - Не знаю. Он просто был какой-то другой, на грани срыва.
   Эдуард позволил себе показать на миг свое истинное лицо в присутствии полиции. Либо он был под страшным давлением, что так прокололся, либо он считал это необходимым. В любом случае дело плохо, если Тед растворяется и появляется истинный Эдуард, случайно или намеренно.
   Дверь открылась без стука. Эдуард.
   - Заговори о черте, - сказала я.
   Передо мной было лицо Эдуарда, и на нем появилась улыбка Теда.
   - Я не знал, что вы здесь, детектив Рамирес.
   Они пожали друг другу руки.
   - Я сообщил Аните, что тут без нее происходили.
   - И про обыск у Райкера рассказали?
   Рамирес кивнул.
   Эдуард встряхнул спортивной сумкой:
   - Одежда.
   - Ты бы не успел после звонка сестры доехать от своего дома до больницы.