- Но все равно правдивые.
   Эдуард постучал и просунулся в дверь, только чтобы сказать:
   - Ты мне нужна.
   Я посмотрела на Рамиреса.
   - Наверное, теперь мы можем взять эту работу на себя, - сказал он.
   - С удовольствием.
   Я надвинула темные очки и вышла в холл к Эдуарду. По его лицу я сразу же поняла: случилось что-то серьезное. У него это было видно не так, как обычно бывает, но видно - натянулась кожа возле глаз, он держался как-то осторожно, будто опасался резких движений, чтобы не разбиться. Даже я бы, наверное, не заметила этого, не будь у меня зрения вампира.
   - В чем дело? - спросила я, подходя поближе, потому что вряд ли его слова предназначались для ушей полиции. У него это редко бывало.
   Он взял меня под руку и отвел в сторону, подальше от патрульных, которые таращились в нашу сторону.
   - У Райкера дети Донны. - Он сжал мне пальцы, и я не сказала ему, что это больно. - Питер и Бекки. Он их убьет, если я тебя к нему не привезу немедленно. Он знает, что мы в больнице. Дает мне час доехать, потом начинает их пытать. Если через два часа мы там не будем, он их убьет. Если мы приведем за собой полицию, он их убьет.
   Я взяла его за руку. Почти любого другого из своих друзей я бы обняла.
   - Как Донна?
   Он вроде бы заметил, что впился в мою руку, и отпустил.
   - Донна сегодня на собрании своей группы. Я не знаю, жива ли нянька, но Донны еще два или три часа дома не будет. Она не знает.
   - Поехали, - сказала я.
   Мы повернулись, и вслед нам крикнул Рамирес:
   - Куда вы собрались? Я думал, вы захотите присутствовать.
   - Срочное личное дело, - ответил Эдуард, не останавливаясь.
   Я обернулась, идя задом наперед и пытаясь при этом говорить:
   - Через два часа позвони домой Теду. Звонок будет передан на его сотовый телефон. Мы