улся, шагнув назад, но не упал. Саймон глянул еще раз. Очкарик пнул его в коленную чашечку, и Эдуард свалился на одно колено.
   - Нам только девчонка нужна невредимой, - пояснил Саймон. - Так что я тебя спрашиваю последний раз: ты знаешь Ван Клифа?
   Я стояла, не зная, что делать. На нас смотрели три ствола, и наша главная задача - вытащить детей. Так что пока - никакого героизма. Если мы погибнем, я не уверена на сто процентов, что Бернардо и Олаф рискнут жизнью, чтобы их спасти. Поэтому я стояла и глядела на Эдуарда, упавшего на колено, и ждала его знака, что мне делать.
   Эдуард поднял глаза на Саймона:
   - Да.
   - Что "да", кретин?
   - Да, я знаю Ван Клифа.
   Саймон заулыбался, явно довольный собой.
   - Ребята, это Гробовщик. У него самый большой счет трупов из всех, кого обучал Ван Клиф.
   Я скорее почувствовала, чем увидела, как эти двое шевельнулись. Эта информация не только о чем-то им говорила, она и напугала их. Они теперь боялись Эдуарда. Что это еще за Ван Клиф, и чему он учил Эдуарда, и для чего? Очень мне хотелось знать, но не настолько, чтобы сейчас спрашивать. Потом, если останемся живы, я спрошу. Может, он даже ответит.
   - Я тебя не знаю, - сказал Эдуард.
   - Я появился после твоего ухода, - ответил Саймон.
   - Саймон? - вопросительно сказал Эдуард, и здоровенный негр, кажется, понял вопрос.
   - Помнишь слова: "Если, блин, Саймон чего скажет, ты, блин, сразу на фиг выполняй"?
   До чего красочно, подумала я, но вслух не сказала.
   - Мне можно встать? - спросил Эдуард.
   - Если можешь стоять - то не стесняйся.
   Эдуард встал. Если это было больно, он не показал виду. Лицо у него было пустое, глаза - как голубые льдинки. С таким лицом, я видала, он убивал.
   Улыбка Саймона слегка пригасла.
   - Про тебя известно, что ты злобный