он перестал делать черную работу сам.
   Мужчина сжал мне руку двумя своими, хотя в одной его могли поместиться две мои.
   - Как я рад вас видеть, миз Блейк!
   Можно подумать, меня сюда пригласили, а не затащили шантажом.
   - И я рада, что хоть кто-то из нас рад.
   Он улыбнулся шире и выпустил мою руку.
   - Прошу прощения за эту театральность. Саймон мне позвонил и сказал, что Микки вроде бы сломал вам шею. Я так рад, что он преувеличил.
   - Не очень преувеличил, мистер Райкер.
   - А как вы себя чувствуете? Достаточно хорошо, чтобы выполнить заклинание? Мы можем сначала принести вам чаю, дать отдохнуть.
   Я выдавила из себя улыбку.
   - Я благодарна вам за столь цивилизованное поведение, и кофе - это было бы отлично, но где дети?
   Он покосился мимо меня на Эдуарда. Тот все еще держал руки сцепленными на шляпе - хоть не поставили опять на колени.
   - Ах да, дети.
   Мне не понравился его тон. Будто сейчас он сообщит плохие новости.
   - Где они? - спросил Эдуард, и Забияка снова двинул его по спине прикладом. Эдуард покачнулся и не сразу выпрямился снова. Руки он со шляпы не снял, будто не хотел давать повода снова его ударить.
   - Вы обещали, что их не тронут, - напомнила я.
   - Но вы опоздали.
   - Нет, - сказал Эдуард.
   - Не надо, - успела я произнести, когда Забияка замахнулся. Он все равно ударил. Черт, плохо. Я повернулась к Райкеру: - Ваши жестокие выходки все сильнее убеждают меня, что вы не собираетесь отпускать нас живыми.
   - Заверяю вас, миз Блейк, что имею твердое намерение вас отпустить.
   - А остальных?
   Он слегка пожал плечами и вернулся за стол.
   - К несчастью, мои люди считают, что мистер Форрестер слишком опасен, чтобы оставлять его в живых. Я об этом искренне сожалею. - Он снова сел в уютное вращающееся кресло,