шно, но все-таки можно было расслышать за шелестом шин и мурлыканьем дорогого мотора.
   - Я пытаюсь об этом не думать.
   - И неужели получается об этом не думать? - спросил он.
   - Если начинаешь думать и беспокоиться о бедах, это замедляет реакцию, заставляет бояться. Никто из нас не может позволить себе такого.
   - Два года назад это я бы толкал тебе ободряющую речь, - сказал он, и что-то было в его голосе - не злость, но нечто похожее.
   - Ты был хорошим учителем.
   Его руки стиснули руль.
   - Я тебя не всему научил, что знаю, Анита. Ты еще не такой монстр, как я.
   Я смотрела на него в профиль, пытаясь прочесть что-нибудь на непроницаемом лице. Ощущалось напряжение челюсти, какая-то ниточка злости ускользала вниз по шее, за воротник, к плечам.
   - Ты меня пытаешься убедить или себя... Тед?
   Имя я произнесла чуть насмешливо. Обычно я не играю с Эдуардом, чтобы его поддразнить, но сегодня он был не в своей тарелке, а я нет. И каким-то краешком души я этому чертовски радовалась.
   Он ударил по тормозам и остановился юзом у обочины. Браунинг в моей руке смотрел ему в висок, настолько близко, что нажми я курок - его мозги окрасили бы все окна.
   У него в руке был пистолет. Не знаю, откуда он успел его вытащить, но пистолет не был на меня направлен.
   - Остынь, Эдуард.
   Он не двинулся, но пистолет не выпустил. Это был момент, когда чужую душу можно было рассмотреть ясно, как через открытое окно.
   - Твой страх тебя тормозит, Эдуард, потому что ты предпочел бы умереть здесь и так, чем выжить, как те бедняги. Ты ищешь способ умереть получше. - Пистолет я держала ровно, палец на крючке. Но это было не настоящее - пока что. - Если бы ты это затеял всерьез, пистолет у тебя в руке был бы раньше, чем ты затормозил. Ты позвал меня не на охоту за монстром. Ты позвал