ожно сказать и так. Скорее, как латимерии - ископаемые рыбы, которых
  мы давно похоронили, а они, оказывается, живут и здравствуют в глубинах
  океана. Если посмотреть на литературную историю человечества, то выяснится,
  что ужасные рассказы и фантастические страшные чудища сопровождают нас с
  начала письменной истории. Скажем, первое дошедшее до нас произведение
  западной литературы - "Беовульф". По сути, это "страшилка" - ведь Беовульф
  сражается с драконами и в итоге погибает, отравленный ядовитым дыханием
  самого страшного из них. "Черные фантазии" имеются и в Библии, и в
  древнекитайской литературе. Практически все великие писатели прошлого на
  каком-то этапе своего творчества обращались к страшному рассказу.
  Высокоумные профессора, мнящие себя великими знатоками литературы, вольны
  относить данные произведения к сорнякам на поле классики. Но эти сорняки
  отлично устояли перед безжалостным серпом времени и до сих пор привлекают
  читателей!
   Перри Магнусон, аккуратного вида тонкогубый студент из первого ряда,
  имевший вид первого ученика средней школы, при упоминании Манна и Пруста
  недоверчиво потряс головой, словно не соглашался с преподавателем. А по
  окончании речи профессора поднял руку.
   Ян протянул руку в его сторону и сказал:
   - Да, пожалуйста.
   - Проблема литературы ужасов в том, что она массовая, сниженная. Она не
  является серьезным исследованием действительности.