лиже к ступеням административного корпуса,
  чтобы снять самого Брента Киилера.
   Тем временем оратор распинался дальше:
   - Вы знаете, я - Брент Киилер, и я открыто придерживаюсь проамериканских
  взглядов. Кое-кто из вас может спросить: а зачем нам иметь президентом
  студенческого совета человека, который придерживается проамериканских
  взглядов? Какой нам в этом прок? Я отвечаю: большой прок! И сейчас объясню
  почему. Многие из вас, американских граждан, просили кредит на учебу - и вам
  отказали. А рядом со мной на занятиях по алгебре сидит япошка, которому
  предоставили кредит тотчас же, по первой просьбе, без промедления - разве
  что не расшаркались перед ним! И таких нахлебников из-за рубежа здесь сотни.
  Вам случалось записываться на какой-нибудь популярный курс и получать от
  ворот поворот - дескать, мест больше нет? Да, для вас места не нашлось -
  потому что оно занято каким-нибудь тюрбанистым иранцем или малохольным
  индусом. По-вашему, это справедливо? Сколько можно смешивать с грязью
  истинных американцев? Не век же нам терпеть засилье иностранцев! Пора с этим
  кончать!
   - Кончать! - взревела толпа.
   - Кончать! - повторил за всеми Брент. Хрипло рассмеявшись, он продолжал:
   - Всем этим странам нет резона воевать с нами. Мы уже проиграли войну. Мы
  уже сдали свои позиции. Они нами давно подтираются! - Он сделал паузу и
  вдруг, еще больше приблизив микрофон к губам, перешел на грозный шепот: