дом мог бы указать на конкретные проявления взаимной
  немотивированной враждебности - она была как бы разлита в воздухе. Все, с
  кем он контактировал на территории университета, относились к нему с глухой
  ненавистью, словно к нежелательному чужаку.
   Сперва он относил это на собственный счет - думал, что он один вызывает
  такое отторжение. Затем пригляделся и увидел, что взаимная скрытая неприязнь
  царит в отношениях почти всех людей, у которых есть дело на университетской
  территории.
   С годами первое гнетущее впечатление сгладилось, у него появились друзья,
  люди кругом уже не казались такими буками. Однако количество недоброй
  энергии продолжало удивлять: сколько грызни в среде преподавателей, какие
  психованные студенты, как высок среди них процент неврастеников и ребят,
  страдающих разными формами депрессии!
   Словом, Бакли с самого начала относился к университету как к месту
  странному и малоприятному. Он не чувствовал себя уютно в его стенах.
   А уж в этом семестре все вообще пошло вразнос. Похоже, то скрытое
  отрицательное напряжение, которое он подмечал на протяжении нескольких лет,
  теперь выходило наружу. Злоба начинала перекипать через край. Так сказать,
  крысы вылезли из нор и перешли в открытое наступление.
   И это многие замечали.
   Скажем, такой прожженный типчик, как бармен Майк в заведении Бреннана,
  куда Бакли частенько захаживал, - даже Майк при последней встрече
  пожаловался