Он ощутил прилив страсти, которая пришла на смену чувству товарищеской
  близости. Тело само подсказало, что делать, и через несколько секунд он уже
  лежал на Фейт, а она расставила ноги, чтобы ему было удобнее. Они целовались
  так, что кружилась голова.
   И вдруг, прямо посреди поцелуя, вся страсть Джима куда-то испарилась. Он
  быстро закончил поцелуй, отодвинулся от девушки. Фейт лежала с закрытыми
  глазами, голова запрокинута, губы приоткрыты, на лице томное выражение. Ему
  внезапно захотелось ударить ее. Его напряженная плоть давила ей на пах, рука
  касалась ее груди, но единственное, что ему хотелось, так это двинуть ее
  кулаком по голове. Лежит, как безвольная тряпичная кукла, и балдеет
  пустоголовая шлюшка, - ждет, когда он ее трахнет...
   Он резко откатился в сторону, а потом и вовсе вскочил с постели.
   - Что? Что такое? - испуганно спросила она, открывая глаза.
   Джим замотал головой: дескать, ничего, все нормально. На самом деле все
  было совершенно ненормально. Что же с ним произошло? Еще несколько секунд
  назад он пылал от любви. И вдруг возненавидел, захотел причинить ей боль.
  Если бы такое случилось месяц или даже неделю назад, он бы решил, что сошел
  с ума, и заподозрил бы в себе шизофрению, с ее внезапными необъяснимыми
  сменами настроения. Он бы подумал, что надо срочно бежать к психотерапевту.
  Однако сейчас, обогащенный опытом последних дней, он констатировал, что
  позыв к насилию родился