его калекой:
  парни в черной коже с головы до ног, обильно татуированные девицы... Эта
  публика мало походила на студентов, которых Хоуви привык видеть на
  территории университета.
   Да и сама игра шла не очень интересно. Разве что игроки были грубее
  обычного. Судья как будто ничего не замечал и почти не назначал штрафных
  ударов, хотя многих игроков не мешало бы удалить с поля. В этот вечер
  откровенные удары соперника кулаком или локтем, подножки и подсечки были в
  порядке вещей. Зрителям все это явно нравилось - трибуны ревели (c)т
  восторга, когда очередной игрок выплевывал с кровью выбитые зубы. Казалось,
  публика пришла на бокс или кулачный бой, только перепутала залы.
   Хоуви досадовал, что рядом с ним нет Джима. Одному было так нехорошо, так
  страшно. Неподалеку курили человек десять - ребята такого вида, что у Хоуви
  мурашки по спине бегали. А парочка под деревьями уже не просто обжималась, а
  в открытую совокуплялась - под одобрительные покрикивания зрителей.
   М-да, не стоило сюда являться. Ведь Хоуви отлично знал, что в нынешних
  условиях опасно куда-нибудь ходить, Джим не зря вбивал это столько времени
  ему в голову! Надо проскальзывать на занятия, потом быстренько убираться в
  общежитие, и больше никуда. Но вот понес же его черт!.. Тогда, в
  редакционной комнате, ему на какую-то секунду показалось, что предложение
  Стюарта и Эдди вполне приемлемое - что может быть естественнее