ей, - сообщил он. - Я
  прошел в двух шагах от него, а он сделал вид, будто не замечает меня.
  Паскудник просто потупил взгляд и молча шмыгнул мимо. Понимаешь, чем это
  пахнет для всех нас?
   - Стало быть, ему вставили пистон, - произнес Ян.
   - Ты знаешь, такие, как он, сами с готовностью снимают штаны, чтобы им
  вставили.
   - Ив чем же будет заключаться наша стратегия? Бакли запустил в рот
  пригоршню картофеля и, жуя, сказал:
   - Надо выступить против мерзавца с открытым забралом. Этот старпер хренов
  нас всех продаст с потрохами. Мы должны его хорошенько вздрючить, чтобы в
  следующий раз он не стелился перед начальством и отстаивал интересы нашей
  кафедры, как мужчина. А так ему прикажут, и он покорно нами подотрется.
  Любым из нас.
   - Тактика встречного запугивания?
   - Срабатывает неизменно.
   Ян кивнул.
   - Ладно, будем давить на начальство, пока оно нас не задавило. А теперь
  дай мне картошечки. В животе бурчит от голода.
  
  ***
  
   Заседание кафедры происходило, как всегда, в конференц-зале.
   Бакли и Ян прошествовали через холл вместе, заглядывая по пути в кабинеты
  приятелей и собирая рекрутов-сторонников. Они прихватили Иоахима Переса,
  Лоуренса Роже, Миджа Коннорса, Элизабет Сомерсби, Тодда Круза и Франсину
  Эшентон. Группа получилась впечатляющая.
   Когда восьмерка, маленькая демонстративно сплоченная толпа, прибыла в
  конференц-зал, вся старая преподавательская гвардия во главе