принялась есть.
   Когда зверек догрыз одну дольку и потянулся за следующей, Марк произнес:
   - Она не сводит с нас глаз. Ни на секунду. Как только мальчик заговорил,
  белка тотчас же замерла, как и люди. Она повернула головку и уставилась на
  них большим коричневым глазом.
   Пол говорил, что они могли бы шептаться, нарушая их правило хранить
  молчание, если зверушка наберется храбрости и останется возле еды дольше,
  чем на несколько секунд. Если они собираются ее приручить, то белка должна
  привыкнуть к звуку их голосов.
   - Пожалуйста, не бойся, - тихонько взмолился Марк. Пол пообещал, что если
  белку можно будет приручить. Марку разрешат взять ее в дом и выдрессировать.
  - Пожалуйста, не убегай.
   Еще не готовая поверить им, белка схватила кусок яблока, повернулась,
  поскакала в лесу и метнулась на верхние ветки клена.
   Марк, досадуя, вскочил.
   - А, черт! Мы не собираемся обижать тебя, глупенькая ты, белка! - Гримаса
  разочарования сморщила его лицо.
   - Спокойно. Завтра она вернется, - пообещал Пол, вставая и потягиваясь,
  разминая затекшие мускулы.
   - Она никогда не поверит нам.
   - Нет, поверит. Мало-помалу.
   - Никогда нам ее не приручить.
   - Мало-помалу, - повторил Пол. - Она же не может измениться в одну
  неделю. Наберись терпения.
   - Я не очень-то умею терпеть.
   - Знаю. Но ты учись.
   - Мало-помалу?